×
Віртуальна Політична Кухня (ВПК)

Приватна територія необмеженого доступу

× Свідоцтва злочинів режиму проти народу.

file Питання Дмитрий ЦВЕТКОВ: «Система для того и держит нас в нищете,..."

  • Вічеслав
  • Вічеслав аватар Автор теми
  • Оффлайн
  • Адміністратор
  • Адміністратор
  • Україна - понад усе!
Більше
06 бер. 2016 14:02 #1922 від Вічеслав
Дмитрий ЦВЕТКОВ: «Система для того и держит нас в нищете, чтобы у нас не оставалось денег и сил на такие «глупости» как противиться ей» Часть 3
06.03.2016
Начало см. n-v.com.ua/dmitrij-cvetkov-sistema-dlya-togo-i-derzhit-nas-v...kie-gluposti-kak-protivitsya-ej-chast-1/

Продолжение см. n-v.com.ua/dmitrij-cvetkov-sistema-dlya-togo-i-derzhit-nas-v...e-gluposti-kak-protivitsya-ej-chast-2-2/



Редколлегия «НВ» не один день обсуждала все «за» и «против» относительно того, публиковать интервью с Дмитрием Цветковым или нет. Ибо даем себе отчет, что упоминаемая Д. Цветковым «Система» может начать гонения и на нас. Но нам помогла информация о том, что полк патрульной службы полиции особого назначения «Киев» поймали на контрабанде сигарет из «ДНР». После чего мы вновь связались с Дмитрием Цветковым и попросили его прокомментировать это сообщение СМИ – lb.ua/news/2016/03/01/329271_polk_kiev_poymali_kontrabande.html





– Дмитрий, в этой заметке идет речь о полку Войцеховского?

Dmitry Tsvetkoff: – Так точно! Командование отстранено. Командир первой роты под домашним арестом за незаконное обращение с оружием. Помощник Войцеховского Кряж в бегах. Три человека из командования (Войцеховский, Кряж и Зубков) недавно сменили свои фамилии.

– То есть, под домашним арестом командир первой роты Антон Примушко?

Dmitry Tsvetkoff: – Да, командир второй роты Антон Примушко (Зверь), бывший начальник штаба «Киев-2», ранее судимый за разбой. Он есть в моих запросах к Киевскому Главку.

– А в решении суда пишут, что ранее не судим…

Dmitry Tsvetkoff: – Вчера выкладывал пост о том, что он скрыл от суда и следствия свою прежнюю судимость. Прилагаю фотодокумент от СБУ



– Дмитрий, а Вы допускете, что СБУ и Прокурорские воспользовались Вашей информацией с приложением соответствующих документов? То есть, они могли таким образом отреагировать на Ваши запросы?

Dmitry Tsvetkoff: – Не так все однозначно! Я работал не один. Я был в этой борьбе глашатаем, потому что выехал и нахожусь в безопасности. Но были люди, которые вели тайную работу, сливая мне информацию для разглашения и общаясь со спецслужбами.

– Что Вы думаете по этому поводу? Прошу комментармй на каждый из 3-х постов в Фейсбуке…

1) Олександр Олексієвець

2 марта в 15:20

«Офігенна» бля новина! Перетворюють бойовий полк «Київ» в карманний аваківський батальон «Київ-1″ Дейдея. Хочуть заставити АТОшників «кришувати» бурштин та сумнівні заклади в Києві. Хер їм!

Dmitry Tsvetkoff: – Олексиевец у меня в заблокированных пользователях. Не помню за что… Поэтому его мнения я не могу комментировать.

2) Полк особливого призначення «Київ»

Сьогодні, 2 березня, начальник Управління національної поліції м. Києва, полковник Андрій Крищенко, на зібранні полку, оголосив про призначення нового командира полка «Київ». Новим командиром став капітан Віталій Сатаренко, що раніше займав посаду командира батальйону «Київ-1». Колишнього командира полку, підполковника Богдана Войцеховського, переведено на іншу посаду. Андрій Крищенко подякував колишньому командиру за службу, та побажав успіхів на новій посаді. Начальник поліції Києва відзначив, що полк «Київ» є гордістю національної поліції, добровольці полку мають величезний бойовий досвід. Заслуги полку Київ перед народом України неможливо переоцінити.

Dmitry Tsvetkoff: – Эту страницу ведут два карманных бота Войцеховского Игорь Савчук (Горан) и Ярослав Бондаренко (Ярый). Их заявления я вообще не стану комментировать! Они меня надумали обвинить в сотрудничестве с сепарами!

3) Konstantyn Sidorenko

Комбат всегда был за пацанов. В обиду не давал, всегда говорил то что думал, а думал правильно. Видно стал кому-то не угоден. Спс Первому, всегда рад помочь.

Dmitry Tsvetkoff: – Сидоренко я не знаю. Видимо, пришел после меня. Возможно из К-1. Мое мнение о комбате Войцеховском вы знаете.

Будь-ласка, Увійти або Відкрити рахунок, щоб приєднатись до розмови.

  • Вічеслав
  • Вічеслав аватар Автор теми
  • Оффлайн
  • Адміністратор
  • Адміністратор
  • Україна - понад усе!
Більше
06 бер. 2016 13:53 #1921 від Вічеслав
Дмитрий ЦВЕТКОВ: «Система для того и держит нас в нищете, чтобы у нас не оставалось денег и сил на такие «глупости» как противиться ей» Часть 2
06.03.2016
Начало см. n-v.com.ua/dmitrij-cvetkov-sistema-dlya-togo-i-derzhit-nas-v...kie-gluposti-kak-protivitsya-ej-chast-1/



НВ: Мы незаметно отвлеклись от того уголовного дела, которым вы занимаетесь больше года. Политика-политикой, но тут ведь банальный криминал…

ДЦ: Я не отделяю криминал, связанный с командиром добровольческого батальона, от большой политики. Это все взаимосвязано, это все механизмы одной коррумпированной Системы. Если бы комбат не был завязан в схемах, которые идут на самый верх, в Министерство внутренних дел и в Администрацию Президента, он давно уже сидел бы в тюрьме. Но за комбатом под суд пойдет целая вереница соучастников одного большого дерибана. А это в Системе неприемлемо. Деньги делаются в тишине. Особенно, если это грязные деньги.

НВ: А о каких деньгах вообще идет речь, когда мы говорим о добровольческом батальоне? Откуда деньги?

ДЦ: Отовсюду понемногу. Вернее – помногу! Если брать период моей службы в Волновахе, то в первую очередь –это контрабанда. Возьмем всего один день – 27 февраля 2015 года… Правда, меня там уже не было, но ребята мои еще служили и делились информацией. 23 фуры было пропущено за эти сутки контрабандного товара. По расценкам того времени, это где-то в районе 400 тысяч гривен. Кроме того в этот же день в Киев отправилась колонна, в которой 2 грузовика были полны оружия, боеприпасов и взрывчатки. Старший сопровождающий колонны – Вячеслав Кряж. Тот самый «Махно», который всего 4 месяца назад участвовал в убийстве Владимира Наздрычкина и в своей машине вывозил его тело.

НВ: Целый криминальный синдикат!

ДЦ: А еще была тема наркотиков в Славянске. А еще была тема браконьерства и незаконной рыбной ловли в заповедной зоне бывшей дачи Януковича в Сухолучье. А еще была тема совместного с сепаратистами производства на территории ДНР и сбыта в Украине контрафактной водки. А еще была тема откровенного разграбления той самой дачи в Сухолучье. И это вам не дачка на шести сотках! Это огромная территория с множеством дорогих деревянных строений с дорогущей мебелью и оборудованием. Вывезли все, вплоть до дверных ручек.

Ну и, конечно, немалая доля доходов от волонтерской помощи, где не просто баночки с вареньем, а денежная помощь банков, джипы от автосалонов и частников, всякие прочие «мелочи». Счет идет на десятки миллионов. Ну, разве такую «дойную корову» можно отправить под суд из-за какого-то убийства какого-то гражданина с больным сердцем?

НВ: Вы не боитесь открыто заявлять об этом? Ведь при желании, можно и за границей найти человека…

ДЦ: Страх – это неправильное определение моего состояния. Я понимал, что если расскажу обо всем этом, находясь в Украине, то долго не проживу. Ведь я ввязался в борьбу не с одним мерзавцем-майором, а со всей Системой. Потому что его, этого майора, нельзя рассматривать в отрыве от этой Системы. Я в состоянии войны с каждым следователем, который запутывал это дело, с каждым нардепом, который отказал мне в помощи, с каждым журналистом, который боится ввязываться в дело, где фигурирует министр Аваков. Все боятся. Никто не верит в то, что можно что-то изменить. Почти никто…

А у меня все просто – 19 сентября 2014 года в школе милиции я присягнул на верность народу Украины. После того, что увидел в «Киев-2», принял решение, что от всего этого батальонного бандитизма я должен защитить украинский народ. Для того, чтобы иметь возможность это сделать, выехал из Украины. Умереть за Украину – это, конечно, гордо звучит, но чтобы победить врага, нужно оставаться живым. Тем более, что у меня есть очень плохой и скорбный пример того, как уничтожают таких вот как я «говорунов» – разведчик 72-й бригады Сергей Костаков с позывным «Маэстро».


На фото: слева Медведько, справа Костаков

С Серегой мы были знакомы лично. Осенью 2014 года он рассказал журналисту, как командование его подразделения украло у самого подразделения пять автомобилей, предназначенных для ведения разведки на захваченной территории Донецкой области. Сергей собирался рассказать и о других «проделках» своего военного руководства, но не успел. 22 ноября 2014 года Костаков был похищен в той же Волновахе, кстати, через два дня после убийства Наздрычкина, а тело Сергея было найдено в начале июня 2015 года тоже в лесополосе. Судмедэксперт установил, что Костаков был убит двадцатью выстрелами(!) в затылок. Руки его были застегнуты в наручники. И к этому убийству имеет отношение помощник комбата «Киев-2» «Махно». Уголовное производство открыто. Свидетельские показания против Махно приобщены. Но сам гражданин Кряж с позывным «Махно» находится на свободе и продолжает служить в полку «Киев». Кстати, министр Аваков наградил Махно личным оружием.

А возвращаясь к страхам… Я понимаю всю опасность своего положения. На них работает вся Система. Они получили сведения от пограничной службы о стране, куда я вылетел из Украины. Они могли бы «слепить» против меня какое-нибудь уголовное дело, подать в Интерпол и вернуть меня с помощью местных спецслужб в Украину, чтобы заткнуть рот. Но дело в том, что я всю информацию об их преступлениях, о своих заявлениях, о своем общении с депутатами, силовиками, журналистами выкладываю в сети. Обвинить меня в чем-то таком криминальном, за что можно было бы подать в международный розыск – это было бы теперь слишком наиграно, слишком неправдоподобно. Вот на это мой расчет – огласка, которая не позволит убрать меня потихоньку, как убрали Костакова. А ведь сказал я на сегодня гораздо больше, чем успел сказать Сергей.

НВ: Вы попросили политического убежища? На что вы живете за границей столько времени?

ДЦ: Нет, политического убежища я еще не просил. Сначала надеялся, что благодаря шумихе, с помощью журналистов мне удастся быстро довести это дело до суда, и я смогу вернуться домой. Позднее понял, в какую именно борьбу я вступил, и что возвращаться в Украину при этой власти будет опасно, независимо от того, посадят комбата или нет. Дело уже не в самом комбате, а в его покровителях. Поэтому теперь я рассматриваю вариант политического убежища.

А за что живу? Знаете, вот этим паразитам, которые ради наживы готовы распродавать Украину и убивать ее граждан, вот им несложно выехать за границу и прожить оставшуюся жизнь на украденные миллионы. Человеку же, живущему под присягой, выживать тяжело как в Украине, так и за ее пределами. Я снова говорю о присяге, потому что для меня это действительно важно. Кто-то, наверное, не поверит, решит, что я хочу таким образом пропиариться. Это их право. Я считаю, что у человека, у гражданина должна быть ответственность не только перед собой, но и перед обществом. Ведь у меня был выбор. И не один. Я мог молча продолжать служить в батальоне, забыв об этом убийстве и не обращая внимания на другие преступления. Именно так поступило большинство личного состава. Хотя, не донесение о преступлении – это тоже уголовная статья.

Я мог бы принять участие в контрабанде и стать одним из винтиков этой Системы. Медальку получил бы уже, наверное, корочку участника БД. Безбедно жил бы. Вот, например, один выезд в наркопритон, который «крышевался» батальоном, оценивался в 2 тысячи гривен каждому бойцу. При этом ничего не нужно делать – просто засветиться в полной боевой и всё. Есть в батальоне и такие ребята, которые выбрали этот путь.

Я же сделал свой выбор – Закон и требование его исполнения. Требования на любом уровне. Я убежден, что перед Законом все должны быть равны: и милиционер, и простой гражданин, и Президент. Ведь почему сейчас так тяжело и опасно жить в Украине? Именно потому, что не работает Закон. При этом сам Закон-то есть, Уголовный Кодекс вполне адекватен. Структур, призванных следить за исполнением Закона и наказанием за его нарушение, предостаточно, даже больше, чем нужно. Но нет желания жить по этому Закону.

НВ: И кто в этом, по вашему мнению, виноват?

ДЦ: Сегодня – это Президент.

НВ: Так просто? Но ведь у нас парламентско-президентская республика, и полномочия Президента весьма урезаны.

ДЦ: Это все риторика. Есть фактическое влияние Президента на процессы, происходящие в государстве. У Президента Порошенко сегодня в парламенте есть большинство, которым можно принимать нужные законы и назначать на должности нужных людей. То, что Президент с премьером перетягивают друг на друга одеяло – это лишь их личный выбор, который выливается в огромные проблемы для всей страны.

Ну, вот смотрите, если бы сегодня Петр Алексеевич стал вдруг человеком, возлюбившим Украину и ее народ, то он вполне мог бы сказать премьеру примерно так: «Сеня, стоп! Хорош воровать, у тебя уже складывать некуда. Если хочешь оставаться премьером, то: к черту Гонтареву – возьми нормального финансиста. К черту Авакова – мой Генпрокурор его завтра же оформит под суд и минимум на пятнашку, к черту еще с десяток министров. Теперь работаем для людей. Если ты против, то я попрошу украинский народ подсобить мне тебя переубедить. Вон за окном и мусорный контейнер как раз твоего размера».

Затем оба этих лидера должны выйти к людям и сказать: «Друзья, мы были не правы, но мы одумались и теперь будем вашими слугами. Помогите навести в этой стране порядок!»

Вы представляете, с каким энтузиазмом, с какой мощью этот народ принялся бы разгребать все это дерьмо, которое нам тут наваляли эти политиканы?

Ну, скажите: при таком раскладе разве осмелился бы хоть один депутат протащить в Раду антинародный Закон? Или решился бы начальник тюрьмы держать впроголодь заключенных? Или рискнул бы врач уколоть ребенку просроченную вакцину? Или посмел бы следователь выбивать из задержанного «нужные» показания? Когда за каждое преступление непременно последует наказание, никто, почти никто на преступление не пойдет!

Но мы, как обычно, – маемо те, за що проголосували. Нынче – это Петр Порошенко, который мог бы, но не хочет. Потому что Украина для него – это овца, которую нужно остричь догола.

НВ: А если власть сменится, вы готовы вернуться в Украину? Хотели бы этого?

ДЦ: Мне тяжело жить мечтами. Я – реалист. Сама собой власть не поменяется, сколько бы выборов не прошло. Ведь проблема не в фамилии Президента, а в олигархической системе управления президентами. Сломать эту Систему можно лишь насильственным, кровавым путем. Но я не вижу в данный момент той идеологической силы, которая могла бы организовать революцию, а не обычный бунт без программы, а, следовательно, без будущего. Люди есть. Патриотов предостаточно. Массы активны. Ситуация назрела. Но нет объединенности. А есть театр абсурда и хаоса, который искусственно поддерживается как труппой из украинской верхушки, так и внешними актёрами. Поэтому, в ближайшем будущем я не вижу просвета для нашей страны. Жалко людей, жалко детей, у которых пока что нет надежды. Жалко нашу плодородную землю, жалко леса, которые безбожно уничтожаются. Все украинские власти живут так, будто в последний день – украсть сегодня все, что только успеешь, иначе это украдет кто-то другой. У такой страны нет будущего. Поэтому я не рассматриваю вопрос о возвращении.

НВ: Если вы не видите той силы, которая могла бы спасти страну, может быть стоит такую силу создать, возглавить?

ДЦ: Знаете, в Украине много одаренных людей, профессионалов в любой области. Их можно было бы объединить, совместно разработать программу развития на год, пять, десять. И, наверное, при определенных условиях, мне было бы интересно поучаствовать в таком проекте, вплоть до революционного свержения олигархического управления, но у меня нет такой возможности. У меня тупо нет денег на сегодняшний ужин. Я начал говорить и не закончил мысль. Ворам живется легче, потому что у них есть деньги на завтрашний день. Честному человеку в наше время жить очень трудно. Приходится выживать, потому что эта Система для того и держит нас в нищете, чтобы у нас не оставалось денег и сил на такие «глупости» как противиться ей, а тем паче на революцию.

Мне поначалу ребята из взвода (у кого есть бизнес) помогали тут продержаться, присылали деньги. Но процесс затянулся. Сейчас я работаю на двух работах. Нелегально. Чтобы выжить. Обхожу стороной полицейских. Веду это дело об убийстве. Ни на что большее не остается ни сил, ни времени. Какая там революция при таких условиях?

НВ: Возвращаясь к Волновахскому убийству: надежда есть?

ДЦ: Надежда есть всегда. Работаем. Там ведь не только убийство – они столько всего наворотили, что сразу не разгребешь. Но процесс идет, хоть и со скрипом. Уже были аресты с нелегальным оружием. Задержан командир роты полка «Киев», бывший начальник штаба батальона «Киев-2» Антон Примушко с позывным «Зверь». Суд избрал меру пресечения – домашний арест.

censor.net.ua/video_news/362604/zaderjan_torgovets_orujiem_na_kievschine_sbu_fotovideo

Видите как у нас – за хулиганку патриоты идут в тюрьму, а за целый арсенал оружия – дома сидят. В общем, пока им удается, как говорится «отмазаться». Но материал-то накапливается. Думаю, что, в конце концов, Система просто отрыгнет эту преступную группу, ради самосохранения. Пожертвует меньшим ради продолжения большего зла. Для начала мне этого будет достаточно. А дальше посмотрим.

НВ: В конце беседы небольшой блиц-опрос. Вы получили участника АТО?

ДЦ: Нет.

НВ: Вы уволились из МВД по собственному желанию?

ДЦ: Нет. Написал рапорт на отпуск за свой счет, но его уничтожили и меня уволили по статье.

НВ: Вам угрожали?

ДЦ: Да.

НВ: Кто?

ДЦ: Мне передавали угрозы и от комбата, и от силовых структур.

НВ: Комбат Войцеховский связывался с вами?

ДЦ: Нет. Можно чуть подробнее отвечу?

НВ: Пожалуйста!

ДЦ: Вот представьте: вы – командир боевого подразделения. Война вокруг, жизнь казарменная. И вдруг, один из ваших бойцов обвиняет вас в убийстве? Какие будут ваши действия?

НВ: Какие?

ДЦ: Я бы, на месте командира, который невиновен, спросил у бойца: «Толстой, ты с ума сошел? Какое убийство?» («Толстой» – это мой позывной). «Давай вместе проведем внутреннее расследование, разберемся, как погиб этот человек, и если кто-то из наших причастен к его убийству, то передадим материалы расследования в прокуратуру».

Скажите, разве не логично это для нормального командира, который непричастен к преступлению?

НВ: Вполне логично.

ДЦ: Однако, комбат Войцеховский, вместо звонка, вместо письма, вместо нормального разговора со мной, на построении личного состава говорил, цитирую: «Привезу «Толстого» в Волноваху и обоссу его перед строем!». Такой вот командир, застрявший в лихих девяностых! Это, кстати, и является ответом для всех, кто причитает: «Не может быть! Комбат на такое неспособен!».

НВ: Деньги предлагали за молчание?

ДЦ: Нет. Знают, что не возьму.

НВ: А почему не возьмете?

ДЦ: Смеетесь?

НВ: Нет. А если много предложат? Тысяч двести…

ДЦ: Теперь уже мне смешно! Нет, денег не предлагали, а вот товарищам моим боевым угрожали.

НВ: Как?

ДЦ: Ребята написали рапорты на перевод в другое подразделение, а им из министерства передали: хотите перевод – Цветков должен замолчать. Ребята меня попросили. Я два месяца не писал статей и никого не тревожил, пока они перевелись. Потом все сначала начал.

НВ: Общаетесь с кем-то из «Киев-2»?

ДЦ: Друзей там не осталось. Нормальные парни ушли. Там остались только люди, в большей или меньшей степени, замешанные в различных преступлениях. С некоторыми общаюсь, пытаюсь достучаться до их совести…

НВ: Получается?

ДЦ: Не очень. Люди повязаны криминалом, зачастую не по собственной воле. Просто являются заложниками командования. Такая форма шантажа.

НВ: Пример можете привести?

ДЦ: Ну, например, человек всю службу курил травку. Ежедневно. В наряды обкуренный ходил. Выступи он сегодня против командования – его сдадут в ОБНОН. Вот и помалкивает. Или, например, стоял человек на посту и собирал с водителей-контрабандистов «дань». По приказу командира, конечно. Чисто механическая работа. Потом еще медальку получил за доблестную службу. Как он сегодня может что-то рассказать, если это именно он взятки брал? Криминал. И таких – полбатальона! Кто-то пил беспробудно, кто-то задержанных избивал, кто-то паспорта портил, кто-то оружие в Киев перевозил грузовиками, кто-то своего боевого товарища случайно убил. Вот так их комбат всех и приручил…

НВ: Убил товарища?!

ДЦ: Да, но сейчас об этом не буду говорить.

НВ: А когда?

ДЦ: Придет время…

НВ: Хорошо! Сколько готовы еще бороться?

ДЦ: До суда и приговора!

НВ: Если предположить, что ситуация в Украине в корне изменится в лучшую сторону, вернетесь?

ДЦ: Конечно!

НВ: Чем бы хотели заняться?

ДЦ: Вообще-то я – спортивный фотограф. Бодибилдинг, фитнес – люблю это дело. Но если бы пришлось выбирать, то, наверное, восстановился бы в МВД. В отдел внутренней безопасности, чтобы контролировать ментов и на корню пресекать любые ростки коррупции и прочей преступности в органах.

НВ: Что ж, будем надеяться на лучшее! Спасибо вам!

ДЦ: Это вам спасибо! Все буде добре!

Будь-ласка, Увійти або Відкрити рахунок, щоб приєднатись до розмови.

  • Вічеслав
  • Вічеслав аватар Автор теми
  • Оффлайн
  • Адміністратор
  • Адміністратор
  • Україна - понад усе!
Більше
06 бер. 2016 13:48 #1920 від Вічеслав
Дмитрий ЦВЕТКОВ: «Система для того и держит нас в нищете, чтобы у нас не оставалось денег и сил на такие «глупости» как противиться ей» Часть 1
05.03.2016
У березні минулого року «Наша версія» розмістила на своєму сайті статтю молодшого сержанта міліції бійця батальону особливого призначення «Київ-2» Дмитра ЦВЄТКОВА – «Бізнес на війні комбата Войцеховського»: n-v.com.ua/biznes-na-vojne-kombata-vojcexovskogo-video/

У цій статті Д. Цвєтков звинувачував керівництво батальйону в цілому ряді злочинів. Пройшов майже рік. «Наша версія» поцікавилася, як йдуть справи з розслідуванням діяльності командування «Київ-2». Нагадаємо: побоюючись за своє життя, Дмитро рік тому виїхав з України. 8 лютого цюрю ми зв’язалися з екс-добровольцем і попросили відповісти на наші запитання.


НВ: Дмитрий, расскажите, что произошло за этот год? Возбуждены ли уголовные дела? Идет ли следствие?

ДЦ: Добиться удалось немногого. Из всех преступлений, от которых командование батальона «Киев-2» уже просто распирает, в данный момент я занимаюсь самым тяжелым – убийством. Но как бы парадоксально ни звучало, до сих пор несколько следователей, которые вели данное уголовное производство, просто напросто пытались увести преступников от ответственности, а вину переложить на убитого.

НВ: Как это понимать?

ДЦ: Если в двух словах, то хотели представить убитого террористом, пытавшимся взорвать блокпост «Бугас» под Волновахой, на котором в ноябре 2014 года нес службу батальон «Киев-2».

НВ: А были какие-то основания для такого обвинения?

ДЦ: Конечно нет! Но вы же понимаете, что речь идет об украинских следственных органах. А у этих органов все что угодно может быть. Фантазия богатая.

Дело в том, что убитый Наздрычкин, житель Волновахского района – обычный украинский гражданин. А его убийца – майор милиции, командир батальона. А теперь, после повышения – командир полка «Киев». Вот и вся причина для различных инсинуаций в этом уголовном производстве. Система пытается защитить своего человека, независимо от того, что он убийца.

НВ: Но ведь не мог комбат «Киев-2» просто так убить человека? Что тогда произошло в Волновахе?

ДЦ: Я вам ссылку дам на свои заявления и письма в прокуратуру, МВД, СБУ… Все в сети выкладываю, чтобы люди знали, как наши «органы» реагируют на преступления.

Письмо к Давиду Сакварелидзе: tsvetkov.weebly.com/blog/18

Ответ на письмо к Д. Сакварелидзе: tsvetkov.weebly.com/blog/21

А если в двух словах, то скажу так: комбат Войцеховский зашел поздно вечером на КПП в плохом настроении, а там закованный в наручники Наздрычкин, которого уже успели избить боец с позывным «Утес» и помощник комбата с позывным «Махно». Войцеховский присоединился к избиению и забил Наздрычкина до смерти.

Встал вопрос о том, что делать с телом. Собрали совет из нескольких бойцов первой роты. Решили обставить все так, будто на блокпост было совершено нападение посредством заминированного автомобиля. Тело Наздрычкина вывезли и выбросили в лесополосе. Затем поставили его машину на краю блокпоста, сделали в нее несколько выстрелов из автомата и потом взорвали. Подрыв снимали на видео. Наутро пригласили телевизионщиков и рассказали душещипательную историю о том, как удалось предотвратить теракт. А водитель? Водитель якобы сбежал под покровом ночи.

Оперативная съемка подрыва:


НВ: То есть, убитый не был ни террористом, ни сепаратистом?

ДЦ: Конечно, нет! Это обычный украинец, у которого пошаливало сердце. По дороге домой ему, видимо, стало плохо. Он остановился, может быть, выпил лекарство, которое, по словам родственников, возил с собой, и решил переждать приступ. А оказался в могиле.

НВ: Выходит так, что у этого убийства есть множество свидетелей? Вы говорите, что там был целый «совет». И что говорят по этому поводу остальные бойцы?

ДЦ: Мало того, что был совет из бойцов первой роты. В этот момент с проверкой в батальоне находился заместитель начальника Департамента по организации работы подразделений особого назначения МВД. Так он не только был участником этого «совета», но лично давал рекомендации, как поступать с телом и остальными уликами.

НВ: Ну, вы говорите о каких-то невероятных, просто демонических вещах! А сами вы при этом присутствовали?

ДЦ: Нет, естественно, меня там не было. Все это происходило после отбоя. Казарма, в которой жила основная масса бойцов, находится в противоположном от КПП конце двора. А именно на КПП и произошло убийство и последующие манипуляции с телом. Мы просто спали уже. Проснулись от взрыва машины в половине третьего ночи, но по рации услышали голос комбата: «К-2, никто не выходит!» Мы и не стали выходить, раз такой приказ. Война ведь вокруг. Мало ли, что за взрыв. Мы там привыкшие были и к взрывам, и к стрельбе. От автоматной очереди за окном никто не просыпался.

НВ: Так откуда же такие подробности, кто и что советовал, кто кого бил?

ДЦ: Понимаете, батальон, в котором весь личный состав живет долгое время практически в замкнутом пространстве, становится, словно единым организмом. Информация распространяется быстрее, чем между бабульками на лавочке у подъезда. Не успеешь пукнуть, а весь батальон уже знает, что ты ел на завтрак.

Тот, кто участвовал в обсуждении, что делать с телом, наутро поделился со своим боевым товарищем, который там не присутствовал. Тот на следующий день выпил с третьим боевым товарищем и рассказал ему, а тот на следующий день покурил с четвертым… Так информация и разошлась. Удивительно, конечно, что при таком количестве свидетелей комбат рассчитывал сохранить в тайне это преступление. Ведь он бывший военный разведчик и сам по себе человек невероятно скрытный. Никаких соцсетей, никаких публичных связей. Такая себе темная лошадка. Ну, оно и понятно – есть что скрывать. А в тот момент, видимо, запаниковал. Хотя… Не исключаю возможности, что все это было вынесено на этот так называемый совет, чтобы «привязать» к криминалу заместителя начальника Департамента и впоследствии давить на него, шантажировать…

НВ: А скажете, о ком именно идет речь?

ДЦ: Почему нет? Ведь следствие – фикция! Как я ему могу навредить? Я ведь для того и общаюсь с журналистами, чтобы иметь возможность давить на следователей, которые «мутят» с фактами и свидетельскими показаниями. Вот, например, следователь Донецкого областного УМВД Ермолаева Татьяна Геннадьевна… Хочу передать ей привет, пользуясь случаем! Так вот Татьяна Геннадьевна допросила меня 30 апреля 2015 года, получила от меня не только имена свидетелей, но и их номера телефонов, чтобы ускорить, так сказать, ход следствия. Но так и не связалась ни с одним из них! В течение нескольких месяцев! Когда жена убитого Наздрычкина поехала к ней в Мариуполь, чтобы узнать, как продвигается расследование, ее фактически выставили за дверь, с просьбой не мешать работе. С материалами уголовного производства не дали ознакомиться, сославшись на какой-то закон! А недавно стало известно, что Татьяна Геннадьевна равно как и судмедэксперт не заметила на запястьях Наздрычкина следов от наручников. Я на фотографиях их заметил. Наздрычкины, когда укладывали Володю в гроб, заметили, свидетели, которые показали, что Наздрычкина пристегивали и к дереву на улице где били, и к батарее на КПП, все упоминали о наручниках, а вот следователь Ермолаева в упор их не видела. Такое вот следствие, которому я никак не боюсь навредить…


На фото: Владимир Наздрычкин со следами от наручников на запястьях

НВ: И все же – можете назвать человека из министерства, который давал рекомендации, что делать с трупом?

ДЦ: Владимир Кузнецов – заместитель Виктора Чалавана, который на тот момент возглавлял Департамент по организации работы батальонов особого назначения МВД и прекрасно знал, что Войцеховский – это бывший «регионал» и военный разведчик времен Януковича.

НВ: Да, год назад вы рассказывали о «темном» прошлом комбата. Но если он служил при старой власти, то, как он прошел переаттестацию и не попал под люстрацию?

ДЦ: Справедливый вопрос, на который должен ответить тот же Виктор Чалаван, экс-начальник киевской полиции Александр Терещук или министр МВД Арсен Аваков. Но они плевать хотели на наши вопросы. Кстати, закон о переаттестации так выкручен, что добробаты под нее не попадают. Именно поэтому сегодня эти батальоны наполовину состоят из бывших ментов, которые таким образом остались в Системе.

НВ: Ну, Терещук-то все же попал под люстрацию!

ДЦ: Это общественность думает, что Терещук попал под люстрацию и уволен из МВД.

НВ: А разве не так?

ДЦ: Нам специально преподнесли, что вроде бы так. На самом деле Терещук переведен советником Деканоидзе. Той самой Деканоидзе, которая якобы инициировала его отставку. Они все просто водят нас за нос. Создают нужные картинки, а сами продолжают делать своё.

Ссылка на статью о переводе Терещука: tsvetkov.weebly.com/blog/27

Но даже если бы Терещук и был люстрирован, что с того? Ведь вся эта люстрация – фикция! Это самая легкая форма наказания для людей, всю жизнь воровавших десятки миллионов!

Вот ведь все мы знаем, как от каждого гаишника, а также от других сотрудников раз в неделю или раз в месяц отстегивается «дань» начальнику отдела. Тот заносит начальнику службы, тот начальнику управления, тот, в свою очередь, начальнику Департамента и так вплоть до министра. Терещук много лет возглавлял различные УМВД по стране. То есть, он давным-давно озолотился – в состоянии купить себе небольшой островок в Океании. Работал только потому, что хотелось еще и еще. Обычная практика.

Теперь представим, что его действительно люстрировали и отправили на пенсию по выслуге лет. И все – человек свободен! А как же все эти потоки взяток, как же вся та коррупция, которую он хранил и преумножал? Разве не должен он отвечать за все те действия, за которые его люстрировали?

Но украинская люстрация – это своего рода благодарность от правительства за долговременное и плодотворное сотрудничество с коррупционной системой. Ты, мол, всю жизнь приносил нам бабки, за это гуляй на свободе со своими отжатыми миллионами.

А ведь, если присмотреться к каждой стодолларовой купюре, припрятанной у Терещука под матрацем, то мы увидим в них и слезы детей, чьего отца до смерти забили в уголовном розыске, пытаясь повесить на него чужое преступление. Тут мы найдем и отчаяние мужа, чью жену изнасиловала группа наркоманов, которых отпустил следователь «за недостаточностью улик», хотя были сняты и побои, и следы от веревки на руках, и взяты мазки с остатками спермы. Тут вам будет и крышевание наркопритонов, и торговля наркотиками в школах, и поборы гаишников на дорогах, и освобождение из-под стражи мажора, пьяным въехавшего в троллейбусную остановку, что привело к смерти людей. Найдем мы в этих купюрах и слезы жены Наздрычкина, убитого прямым подчиненным Терещука – майором Войцеховским. Всё тут – под матрацем бывшего начальника Киевского Главка. Но сегодня он даже не отстранен, не люстрирован, а фактически повышен в должности.

Нет, тут не люстрация нужна, а военный трибунал и снятие моратория на смертную казнь!

НВ: Считаете, что только жесткими мерами можно что-то изменить в стране?

ДЦ: Иначе не получится! Система аморальна и безжалостна. Или мы ее – или она нас. Ведь самая жестокая война у нас не на востоке, а внутри страны, внутри каждого кабинета, оккупированного элементами этой Системы. Знаете, я, когда заглянул в личное дело Войцеховского, подумал, что это какая-то кадровая ошибка – назначить командиром добровольческого батальона человека, который во время Революции Достоинства служил в военной разведке и приходил на Майдан заводить знакомства, судя по всему с целью получения информации об активистах. До этого служил в разрешительной системе. До этого был помощником депутата от Партии Регионов Татьяны Бахтеевой. А до 2010 года его деятельность вообще засекречена. Есть свидетельства, что он служил в Донецком СБУ. Интересно, что в 2013 году фамилия Войцеховский была взята гражданином Богданом Яшуниным. Вот скажите, зачем нормальному человеку менять свою нормальную фамилию?

НВ: Вы у меня спрашиваете?

ДЦ: До этого дня я лично знал лишь одного человека, который сменил свою фамилию и имя. Но он был, мягко говоря, придурковатым, потому что взял себе имя любимого хоккеиста… А вот случай Яшунина-Войцеховского, на мой взгляд, достоин расследования.



Однако, если год назад я это назначение списал на служебную ошибку, то теперь понимаю, что такие назначения были не ошибками и не единичным случаем. Глядя с позиции событий, происходящих сегодня и по отношению к патриотам, которых пачками арестовывают по надуманным обвинениям, и по отношению к финансистам и пособникам сепаратизма, к которым у власти нет никаких претензий, я понимаю, что добровольческое движение умышленно возглавлялось такими кадрами как Войцеховский, чтобы, в конце концов, исключить из боевых подразделений настоящих украинских патриотов, а вместо них набрать бывших сотрудников милиции. И один из руководителей этого правительственного сговора как раз и есть генерал Терещук, не люстрированный, а повышенный в должности.

НВ: Другими словами, вы хотите сказать, что правительство, а в случае батальона «Киев-2» – это Министерство внутренних дел и Киевский Главк, умышленно вредят добровольческому движению? Это ведь звучит как государственная измена?

ДЦ: Совершенно верно! Это и есть государственная измена. Ну, вот смотрите: Аваков в конце февраля 2014 становится министром МВД и назначает начальником Луганской областной милиции генерала Гуславского, который на тот момент являлся советником бывшего министра МВД Захарченко. Этот генерал близкий друг и компаньон Натальи Королевской, с которой еще в девяностых годах совместно в городе Красный Луч курировали угольные копанки, горно-обогатительные фабрики и прием металлолома. Королевская тогда была «обычным» украинским предпринимателем, правда… с братом в Московской мэрии, а Гуславский возглавлял Краснолучский ГОВД.



Так вот, вернемся в 2014 год. Скажете, что Аваков не знал, кто такой Гуславский? Не знал, что этот генерал был советником беглого министра? Сами понимаете, что таких оплошностей на этом уровне не происходит. Но что мы видим дальше? По распоряжению Гуславского Луганская милиция не участвовала в защите здания СБУ, когда его захватывали сепаратисты. С фасада идет атака, а милиционеры в полной боевой стоят во дворе и курят. Нет приказа защищать! Есть видео в Youtube этого милицейского «ожидания». Далее в городе захватываются все административные учреждения, кроме здания областного УМВД, в котором сидит Гуславский.

Затем, как и в других городах Украины, активисты Луганска пытаются создать добровольческий батальон для борьбы с сепаратизмом. Темур Юлдашев получает добро от Гуславского на начало подготовки первых тридцати человек на базе школы милиции в городе Счастье, выезжают на место и попадают в руки сеператистов, которые избивают Юлдашева и сдают казачкам, оккупировавшим здание СБУ. Больше месяца Темур проводит в плену, откуда впоследствии ему удалось бежать. К сожалению, Юлдашев был убит снайпером под Саур-Могилой летом 2014 года.

Интервью Темура Юлдашева из плена в Луганском СБУ:


Позднее я узнал, что Гуславского на должность лоббировал Геннадий Москаль. И это было уже второе это его лобби для этого генерала. Первое – в 2006-м году при министре Луценко. Видите какая компания обрисовалась: Луценко сегодня лидер Блока Петра Порошенко, Аваков сегодня по-прежнему министр МВД, Геннадий Москаль сегодня губернатор Закарпатской области. Перед этим – Луганской. Обе области большинством своим в 2010 году голосовали за президента Януковича. Обе области – приграничные и с невероятного масштаба контрабандным трафиком. Лобби Москаля в Луганске – генерал при министре Захарченко. Ну, а то, что творит эта компания с патриотами, все мы сегодня уже видим и понимаем. Если сначала шел развал добровольческого движения путем назначения таких комбатов как Войцеховский, то теперь началась откровенная зачистка самых активных добровольцев.

Будь-ласка, Увійти або Відкрити рахунок, щоб приєднатись до розмови.